Жил в загоне зверинца одного курортного городка верблюд. Был этот верблюд большой любитель смачно плевать на посетителей, которые проходили поблизости. Исполненный самодовольства, с непередаваемым презрением он взирал сверху вниз на мельтешащих гостей, прицеливался и бил без промаха. Некоторые несли горбатому листья капусты или ботву, будто бы дань сумасбродному султану. Тогда верблюд придерживал спесь и принимал подношения. А потом с ещё большим смаком харкал в ошарашенных подданных. Ну не скотство ли, воскликнете Вы? Слушайте дальше. Одним прекрасным днём верблюд был просто в ударе. Никому не удавалось спастись от его зловонной слюны. Вот немолодая тётка в вязаном свитре вскрикнула от неожиданности и, протирая ладонями вязкую пену с лица, побежала в сторону уборной прямо по газону. Но ни бедняжке, ни её обидчику не суждено было знать, что она станет последней жертвой этой отвратительной расправы. Позади оплёванной тётки по дорожке шагали вразвалочку гости из южных краёв. Не понаслышке знакомые с повадками горбатых парнокопытных, они набрали воздух в грудь. Пару мгновений спустя, почти что синхронно, джигиты харкнули на жвачного, обыграв его в собственной игре, после чего начали дико ржать и выкрикивать что-то на родном языке. Кажется что-то про шашлык. Свисающие с морды верблюда человечьи плевки едва ли выглядели впечатляюще, но в горбатом будто что-то надломилось. В недоумении он повёл головой, развернулся и ущёл под навес, больше к ограждению не приблежаясь. А через несколько дней вольер опустел. Верблюд каким-то неведомым образом перескочил прутья и сбежал. Может быть он и оставался в зверинце лишь ради своей мерзкой забавы, но теперь, осрамлённый, не смог больше там находиться. По местному телеканалу и в газете публиковали сообщение от администрации зоопарка с просьбой о помощи. Некто даже дозвонился в прямой эфир утренней передачи и невпопад заявил, что видел верблюда около ветхих почерневших бараков на окраине пляжа. Через некоторое время, среди куч мусора за бачками у дороги нашли крупные кости, которые могли некогда принадлежать беглецу. Одичалые собаки ли растерзали горбатого, или забили на мясо голодные бичи – никому теперь уж не узнать.